Общество

«Творческим людям нужно хорошо платить»

Большое интервью народного артиста России, художественного руководителя и основателя государственного театра танца «Казаки России» Леонида Милованова, который 20 июля своё 70-летие

Июль 20, 2019 09:00 0

Сногсшибательно – вот, пожалуй, самая точная характеристика творчества этого прославленного, известного во всём мире липецкого коллектива. Этот эпитет впервые применила к «Казакам России» газета «Дейли телеграф» после их выступления в Британии.

Почти 30 лет липецкие артисты представляют Россию во всём её великолепии и показывают своё мастерство на лучших концертных площадках мира. Они по праву выстрадали и оправдали своё название «Казаки России», которое стало одной из визитных карточек Липецка и Липецкой области. Бесспорно, создать и удержать такую мощь под силу только такому же мощному по духу, сногсшибательному человеку, всей душой поддержавшему некогда идею возрождения культуры казачества в России. Этот человек - Леонид Милованов. В детстве он страстно желал научиться танцевать. В своё время успел поработать в «Родничке» и «Раздолье», армейские годы прошли в ансамбле песни и пляски Московского военного округа. Был он и артистом балета Липецкой областной филармонии, и балетмейстером Дворца культуры профсоюзов. Пять лет своей творческой жизни отдал Кубанскому казачьему хору. Практически столько же – Государственному ансамблю танца «Ставрополье».

А в 1990-м реализовалась главная мечта Милованова - именно в это переломное, огневое для России время, он рискует всем и создает государственный ансамбль танца «Казаки России», который в 2012 году стал театром танца.

Мы встретились с Леонидом Петровичем в его рабочем кабинете накануне его юбилейного концерта. Он по-прежнему активен, зажигателен, с массой новых идей и громадьём творческих планов. Наша встреча затянулась на долгих четыре часа. Милованов от души угощал травяным собственноручно заготовленным чаем, принимал посетителей, отвечал на звонки, возмущался непрофессионализмом «жёлтой прессы», давал  рекомендации коллегам, попутно вспоминая яркие, где-то комические, а где-то трагические периоды своей творческой биографии. И я поняла, что трудно уместить весь этот откровенный разговор в рамки одной статьи. Для такой насыщенной жизни, мощного круговорота энергии в природе и книги будет мало. Поэтому мы остановимся на самых интересных, на наш взгляд, фрагментах беседы с хореографом, педагогом, народным артистом России, лауреатом премии Правительства РФ, основателем и художественным руководителем ансамбля танца «Казаки России»  Леонидом Петровичем Миловановым.

Казак – вечный воин и патриот своей Отчизны

- С концертами «Казаки России» объездили почти весь земной шар. Не были мы только в Австралии, Японии и Южной Америке. А так везде – полные аншлаги. Даже англичане сначала отнеслись к русским настороженно, но потом мы сами дивились – они подпрыгивали, стучали ногами и аплодировали, не жалея ладоней.

В Лондоне мы работали в театре «Пикок». Участвовали в главном военном музыкальном фестивале «Тату», на котором присутствовала сама королева Елизавета II и члены королевской семьи. Королева приветствовала тогда лично всех руководителей коллективов. А потом нам поступило официальное предложение поучаствовать в международном фестивале по случаю 60-летнего пребывания Елизаветы II на престоле.

На празднике каждая страна представляла лучшую конную группу (королева – любительница лошадей) и лучший творческий коллектив. «Казаки России» выступали в конце этого грандиозного мероприятия. В Виндзорском замке потом был приём, и мы пообщались немного с королевой. Елизавета II поблагодарила за выступление, спросила, где находится Липецк, а взгляд у неё такой острый, цепкий, и рука крепка в пожатии. Если представить, что на приёме было две сотни артистов, то можно только позавидовать её физическому здоровью. Выступление в Лондоне пришлось как раз на 9 мая. И мы отметили этот святой праздник чисто по-русски: взяли с собой сало, хлеб, и раздали всем артистам по бутерброду и по сто грамм за нашу великую Победу. Оставшееся сало я повесил на гвоздике за дверь, а наутро его уже не было – видно, англичане решили попробовать русский продукт.

Мы нередко выступаем в «горячих точках» планеты. Сербия, Сирия, Донбасс…Первый раз поехали в Сирию в начале военной операции. Многие российские звёзды тогда отказались туда лететь. Стали отказываться и наши. Но мы же казаки, а значит, всегда должны быть на передовой, где особенно трудно. Это наш долг, и наша честь. Я объясняю это коллективу, и лечу вместе с ними. Во второй раз, когда летели, некоторые мои девочки даже плакали. Но я не принуждаю, просто считаю, что это наша миссия – поднимать боевой дух российских воинов. Хотя, конечно, риск большой. Падали же самолёты с артистами, взрывались.

Перед каждой длительной командировкой мы едем в Задонск, купаемся в источнике, заказываем молебен. Перед выходом на сцену все артисты совершают молитву. Это незыблемые наши правила, по-другому нельзя быть в строю. Я всегда считал, что коллектив – это семья, где не оставят в беде, в болезни. Не приемлю никакие подковёрные игры, люди лицемерные у нас не задерживаются. А ещё ценю мастерство и самоотдачу, артист должен профессионально расти. В нашем деле важно не просто быть преданным работе, а гореть ею, творить, вдохновлять, отдавать силы и время. Нужно своей энергией так зацепить зрителя, чтобы она вернулась с удвоенной силой. Я сам такой, и ребят подбираю таких. Да, искусство по своей сути – жестоко. И ему приходится буквально служить и  посвящать жизнь.

Все мы родом из детства

- Мои родители – Пётр Семёнович и Варвара Ивановна воспитывали сыновей в честности, порядочности. Кроме меня в семье было три брата, и все мы прекрасно усвоили главные родительские принципы: не воровать, чужого не брать и своё достоинство хранить.

Мама моя жива, слава Богу. Ей 92 года, живет одна и сама себя обслуживает. В детстве она была строга с нами, но старалась уберечь от отцовского гнева, после которого на спине звёзды считаешь от пряжки. Отец работал водителем, играл на гармошке - был самоучкой: подглядывал в замочную скважину за соседом-гармонистом, и на слух потом подбирал мелодии. Ни одна свадьба в Липецке без отца не проходила. Как он умел развернуть меха, а потом виртуозно их собрать – это надо было только видеть и слышать! Наверное, в него пошёл старший брат Анатолий – у него тоже прекрасный слух. Танцы поставленные мной обрабатывались им.

Когда мы с братьями выходили на улицу, нас не то, что бы боялись, но уважали. Мы все были крепкими, не пили, не курили, занимались спортом и стояли друг за друга насмерть. Если кто-то задирался, то учили кулаком. Раньше ведь было как – «битиё» определяло сознание. Если человек негодяй – он должен получить по заслугам. Врежешь как следует, и негодяй понимает: был неправ. Сейчас этой философии уже нет, к сожалению. 

О вере, семье и поддержке

- Казак без веры – не казак, это всем известно. Но, конечно, отношения с Богом должны быть сокровенными. Знаю определённо: без Божией воли и Его помощи не было бы никаких «Казаков России». Господь и учит, и наставляет, и помогает, и лечит душевные раны. Каждое утро я начинаю с молитвы, а вечером благодарю Творца за прожитый день. Стараемся всей семьёй регулярно бывать на службах в храме, причащаться. Это очень поддерживает нас, и заставляет жить и двигаться вперёд. Думаю, что Бог даровал мне и прекрасную семью.

Моя жена Галина Николаевна, заслуженная артистка России – великая труженица, цельная натура, умница. Она руководитель от природы, а народная песня – её судьба. Без её поддержки вряд ли осуществилась бы моя мечта о «Казаках России». Изначально я желал сделать ансамбль танца, но получилось вот такое разнообразие: песня, танец, балет.

Я благодарен Галине за то, что она столько лет терпит мой взрывной, экспрессивный характер, сглаживает мои шероховатости. Первый раз мы пересеклись в Орле, на учебной практике. Я приметил девушку с косой, но она была грустна – у неё умерла тогда мама. А потом мы встретились в Липецке, на остановке, ей нужно было передать какой-то реферат в Орёл, и она спросила, не поеду ли я туда снова. Я не собирался ехать, но пригласил девушку на концерт. И Галя согласилась. Позже выяснилось, что жили мы в Липецке буквально через остановку, но вот, не встретились раньше.

В особо тяжкие моменты от Галины я не слышал ни одного недовольного слова – за что особо ценю её. Жена, дочь Катя – кстати, очень талантливый хореограф, балетмейстер, и просто чуткий человек – это мой крепкий тыл, радость и любовь. Ведь выдержать такие испытания без них я вряд ли смог бы.

Коллектив долгое время буквально прессовали. В течение 17 лет для нас были закрыты все концертные площадки Липецка. Что это было: зависть ли, сговор ли – я не знаю. Но артистов надо было содержать и кормить. И нас выручали гастроли. А когда выступали в России, то не брезговали и подаренной за выступление старой коровой – на пропитание «Казакам». Кроме семьи меня в те трудные годы ещё поддерживал депутат Государственной Думы Николай Иванович Борцов. Низкий поклон ему.

Возрождённая казачья культура

- Тема казачества в советский период была строго запрещённой, слово «казак» не упоминалось в прессе. Когда я учился в Московском государственном институте культуры, мы изучали и разучивали буквально все танцы народов мира: испанский, молдавский, грузинский, даже танец Берега Слоновой Кости. Но нам никогда не говорили о казачьей культуре. А ведь это огромный танцевальный, песенный, культурный пласт! И когда я приехал работать в Государственный академический Кубанский казачий хор, его художественный руководитель Виктор Гаврилович Захарченко мне прямо так и сказал: «Ты ничего пока не ставь. Ты пособирай, изучи сначала казачий фольклор». Настолько мудро он тогда поступил, что говорю ему спасибо всю жизнь. Я послушался. Как школяр, положил магнитофон в рюкзак и поехал по станицам. Записывал старинные казачьи песни в исполнении старичков и старушек, узнал о казачьем плясе. Буквально из кусочков, фрагментов удалось мне впоследствии сложить великолепный «Казачий пляс», который теперь известен во всём мире и восхищает зрителей на разных континентх. Сложился тогда и танец «Пара за парой» - лучший номер в Кубанском хоре, как писала некогда газета «Советская культура».

Я первым начал ставить танец на художественном материале некрасовцев. Был в России такой атаман Некрасов, который после разгрома Пугачёвского восстания увёл своё войско в Турцию, на озеро Майнос. Они прожили там два с половиной века. Так вот, когда я стал изучать некрасовский фольклор, отыскал их станицу, атамана, старичков - потомков тех некрасовцев. И что вы думаете? Приехал к ним с «подарком», поставил на стол бутылочку водки, а закуски, вижу, – никакой! Я удивился, но решил посмотреть, что будет дальше. Старички бутылочку «уговорили», и начали приплясывать, а я сижу, очарованный, записываю на магнитофон. Так я наведывался к некрасовцам трижды. А дальше случилось невероятное: я «поймал» их характер, такой танец мне открылся, что дух захватило. Когда же мы поставили некрасовский танец и приехали в станицу показать, то они одобрительно закивали: «Это же наш номер!»

Вообще, Кубанский казачий хор – это второй институт для меня, титаническая и очень плодотворная работа. Там я стал профессиональным балетмейстером. Перетянул меня туда старший брат Анатолий – он уже работал у «кубанцев» музыкальным руководителем коллектива.  

А Захарченко меня сразу полюбил, поселил в двухкомнатную квартиру. Мы, к счастью, сошлись во взглядах. Ведь возрождение казачьей культуры – это подвижничество, почти всегда «смертный бой». Сколько критики, негатива вылилось на мою голову за все эти годы, вы не представляете! Народную казачью музыку нужно чувствовать сердцем, она вся на вдохе и выдохе, здесь и эмоции, и трагедия, и страдание. Были в царской России свои казачьи строевые, походные, трудовые песни, и любовь была, и смерть.

Как зарождались «Казаки России»

- Толчок к созданию в Липецке профессионального казачьего коллектива дал мне Анатолий Никифорович Нехорошев, бывший в 90-е годы начальником управления культуры Липецкой области. Мы неоднократно встречались с ним, разговаривали. Потом сдружились так, что я стал крёстным отцом детей-двойняшек, которые родились у него в 65 лет. Уникальный он был человек, коллекционер, меценат, общественный деятель.

Шел 90-й год, самый трудный. «Казаки России» рождались в муках, но с Божией помощью. Это теперь я отчётливо понимаю. Сначала коллектив был маленький – всего несколько музыкантов и три вокалиста - в основном артисты из государственного ансамбля танца «Ставрополье». Там же по дешёвке нам удалось выкупить первые два баяна. В те годы было невозможно вообще ничего купить, полки в магазинах пустовали. Достать ткани – нереально. А я пригласил из Краснодара художницу по костюмам, и вот сидим мы у нас в квартире, чай пьём, и тут она взглянула на шторы: снимай, говорит, будем переделывать. Так создавался первый костюм для композиции «Чернобровый, черноокий». А хопёрцы наши были облачены в наряды из тёмно-синей ткани, которую в стране использовали в 80-е для пошива школьной формы, только её и можно было достать в то время. На старых афишах вся эта «красота» отражена.

А первый успех пришёл к нам в 1991 году, в московском концертном зале «Россия», которого теперь уже нет. В Липецке же нам работать нам было трудно. В газетах публиковались заказные статьи о недопустимости «казачьей вольницы» в регионе. Те, кто нас выдавливал, не понимали, что жизнь и история всё равно рано или поздно расставят всё по своим местам. Ведь у нас на Дону издревле были казачьи поселения, иначе откуда пошли названия сёл Казаки, Верхнее и Нижнее Казачье?

В огне не сгорели, на морозе не замёрзли

- Когда встал вопрос об элементарном выживании коллектива, мы рискнули поехать с концертами в Испанию. Но нужен был автобус. И я решил под это дело заложить свою квартиру в Липецке. Даже жена Галина Николаевна ничего не знала о моих планах. Этот автобус нас в буквальном смысле кормил. Но однажды мы чуть было не сгорели в нём. Остановились ночью возле заправки и так захотелось спать. Не выключая мотор, задремали. И вдруг – резкий стук в дверь, и громкий голос: «Вы горите!» Через силу открываю глаза, а вокруг - темнота, всё в чёрном дыму. Еле вытащил жену и водителя, больше с нами никого не было, а они уже успели надышаться гари. Потом оказалось, что горела печка, и днище автобуса было в огне. Но кое-как потушили пожар своими силами. Долго потом размышлял, кто же нам постучал в дверь. Наверное, это был Ангел-Хранитель. Вера в Бога часто обретается и укрепляется в испытаниях и страданиях.

А потом был случай, когда я чуть не замёрз уже в другом автобусе – ведь они нередко ломались. Так вот, не повезло мне тогда с водителем, он напился и уснул. Пришлось самому сесть за руль. А тащил нас на буксире «КамАЗ». Погода за окном минус 14 градусов мороза, автобус весь промёрз, а я - рулю ночью. Сидел за баранкой более шести часов без перерыва, как зомби, и горько думал, зачем это всё, эти напрасные жертвы? Но мне повезло опять, я очень замёрз, но даже не заболел. А пьяный водитель отморозил тогда ноги. Сожалею.

О своём доме и творческих планах

- Сейчас наш коллектив – это предприятие, где трудятся артисты балета, музыканты, певцы – всего около 130 человек, включая бухгалтерию, швейный и обувной цеха, студию звукозаписи, транспорт. Есть также детские вокальная и хореографическая студии, где занимаются 250 ребятишек. Мои единомышленники - настоящие патриоты коллектива, которых я очень ценю и уважаю.

За 30 лет нашей деятельности мы пока не обрели своего профессионального дома, нет собственного жилья и у многих моих артистов. Обо всём этом болит душа. Хотя разговоры о передаче «Казакам России» здания бывшего кинотеатра «Октябрь» на площади Петра Первого ведут периодически. Уже обсуждал эту тему с новым градоначальником Евгенией Юрьевной Уваркиной. К тому же врио главы региона Игорь Георгиевич Артамонов настроен, чтобы у прославленного липецкого коллектива появилось своё постоянное место для репетиций и концертов. Он так и сказал: «Ваш коллектив – мирового уровня, но прежде всего, он представляет культуру Липецкой области. Надо помочь». И казаки впервые за долгие годы воспряли духом. А у меня за спиной буквально выросли крылья, потому что чувствую - пошла поддержка. Ведь артист – это спортсмен, танцор и актёр в одном лице. Его творческая жизнь очень трудная, короткая. Через 20 лет он остаётся без колен, без спины, с порванными сухожилиями – организм изнашивается полностью. Но такой артист даже на пенсии – на вес золота, потому что он профессионал высочайшего уровня. Творческим людям нужно хорошо платить, ведь именно они воспитывают массы. А у нас пока это мало кто понимает.

В последнее время слышу, как многие коллеги жалуются, что зашли в творческий тупик. А мне не понятно: какой тупик, если есть бессмертная классика? «Донскую легенду» по мотивам «Тихого Дона» Михаила Александровича Шолохова я задумал поставить ещё много лет назад. Но всё как-то не получалось, да и спектакли мы не пробовали делать, это же новый виток творчества для коллектива. А теперь время пришло. Это стало интересно публике. Наконец-то смогли написать либретто - за спектакль взялся талантливый режиссёр Георгий Ковтун.  И успех был ошеломляющим! Из ансамбля мы превратились в театр танца. А теперь по стране «гремит» наш «Пугачевъ», созданный по роману Александра Сергеевича Пушкина «Капитанская дочка», режиссером-постановщиком которого стала моя дочь Екатерина Милованова. На классике нужно воспитывать подрастающее поколение. Тогда в стране не будет тупиков и кризисов.

Хочу пожелать и в дальнейшем своему коллективу большой творческой силы, энергии, чтобы радовали и восхищали зрителей, чтобы каждый день проходил не зря. Хочу любимой России пожелать процветания и благополучия. Чтобы жили мы богато, как в Арабских Эмиратах. И пожалуйста, любите друг друга, как завещал Спаситель наш, Иисус Христос! 

Наталья СИЗОВА

Фото из архива Леонида Милованова

 

 

Комментарии 0

Новости по теме Новости MediaMetrics