16+
пятница 28 февраля 2020,   17:30:47
USD 66.9909
EUR 73.7235
Например: выборы
Новости » Летопись Победы
1943: Воловский рубеж
По свидетельству местных краеведов, фашисты дважды оккупировали район: с 7 ноября по 14 декабря 1941 года и с июня 1942-го по 26 января 1943-го.

Каждый год жители Воловского района отмечают очередную годовщину освобождения своей земли от немецко-фашистских захватчиков. 72 года минуло с того далекого дня, когда в начале 1943 года 13-я армия под командованием генерала Николая Пухова и другие воинские формирования, участвующие в Воронежско-Касторненской операции, выгнали фашистов с воловской земли.

По свидетельству местных краеведов, фашисты дважды оккупировали район: с 7 ноября по 14 декабря 1941 года и с июня 1942-го по 26 января 1943-го. Как следует из документов, в Воловском районе оккупанты сожгли и разрушили свыше 2000 домов. Зимой 1941-го в селе Вышнее Большое немцы согнали мирное население в деревянный дом, облили бензином и подожгли. Более полусотни человек сгорели заживо. Были уничтожены все общественные постройки, школы, учреждения культуры, забрали у колхозников более 2000 коров и истребили свыше ста тысяч голов домашней птицы. Линия фронта, занимавшая почти 64 километра, проходила по территории сел Гатище, Юрское, деревням Хитрово, Дробышево и другим населенным пунктам. Корреспонденты «Липецкой газеты» побывали в этих местах, встретились с очевидцами тех страшных событий.

Война за огородами

— Когда началась война, мне было 13 лет. Я ходила в четвертый класс, — рассказывает 87-летняя жительница деревни Хитрово Варвара Семенникова. — Зимой 1941 года заметили, что в Гатище стали часто гонять грейдер. А как-то утром встали, поглядели в окно, а у нас война за огородами. Лесов в нашей местности не густо, а в полях хорошо была видна немецкая конница. И так было тесно на наших просторах: всюду лежали кони, люди. Фашисты заняли все пространство до самых Юрских дворов. Конечно, страшно было. Обычно в сумерках начиналась перестрелка между нашими и немцами. Как-то раз зимним вечером пожаловали к нам озябшие немцы — и сразу к печке. Отец с матерью стояли напуганные. А мамка мне лицо сажей вымазала, чтобы немцы на работу не угнали. Солдаты заметили сундук, вытрясли все добро и надели тряпки на себя. Наворачивали платки на ноги, подпоясывались шалями. Намерзлись, бедолаги… Забрали все продукты и ушли.

Семья разволновалась, когда отца Варвары Николая Беликова, председателя местного колхоза, вызвали в комендатуру. Отцу в ту пору было больше пятидесяти лет, у него не было глаза, потому и на фронт его не взяли. О чем был разговор у немцев с отцом, Варвара теперь уже не помнит, но вернулся он домой перепуганным, без валенок с калошами. Больше километра босиком бежал по снегу.

А вскоре, в 1942-м, когда на нынешней территории района были уже наши ­войска, началась эвакуация населения. Как рассказала Варвара Николаевна, мирных жителей погрузили в вагоны и несколько месяцев везли их до Новосибирской области.

— В эвакуации я работала дояркой, ходила за лошадями, — вспоминает годы лихолетья труженица тыла. — В 1944 году мы вернулись в родную деревню, а тут все было разрушено. Мы брали кирпичи из блиндажей и отстраивали избы заново.

Когда яблони не цвели

— Линия фронта как раз проходила по территории наших населенных пунктов, — выйдя из дома, показывает житель деревни Дробышево 86-летний Тихон Григорьевич Комаров. — По западной границе протекает река Кшень, где и была передовая. Это буквально в километре от нашего дома. В первую оккупацию вражеский обоз простоял в нашей деревне примерно трое суток. Немцы нас не трогали. Летом 1942 года, во время второй оккупации, в Дробышево стояли бойцы Красной Армии. Вдоль ручья Юрского были выкопаны блиндажи. Мне было 13 лет, и я бегал туда слушать, как наши солдаты читают газеты. Под Казанскую (21 июля) пригнали «катюшу», из которой открыли огонь по немцам. В одной из перестрелок меня ранило в ногу, осколком задело позвоночник. Наши солдаты вместе с другими ранеными бойцами отправили меня сначала в Елец, а затем в Тамбовский госпиталь, где я находился около четырех месяцев. Все это время меня искал отец, но разве в той неразберихе можно было найти ребенка? После выписки попал в Елецкий детский дом, где пробыл еще четыре месяца, пока меня не отыскал отец. Осколки так и остались в ноге. Никто их не смог удалить. Весной 1943-го, когда возвратились домой, все плодовые и дикорастущие деревья были вырублены на постройку блиндажей и укрепсооружений. Полуголодными жили в погребах и землянках. И ведь выжили.

С тех времен Тихон Григорьевич сохранил русскую печку, которая подогревается изнутри газовой форсункой. Как ее снести, родимую, если стольких она согрела в лихую годину?

Детское ранение лишило страха Тихона Комарова, и после войны он участвовал в разминировании родной земли, напичканной смертоносными боеприпасами. А их было столько, что и до сих пор находят.

— Помню, спустя 13-15 лет после войны ребятишки, ходившие в школу села Захаровка, подрывались на минах, кому глаз выбило, а кому руку оторвало, — вспоминает специалист администрации сельского поселения Юрской сельсовет Валентина Ушакова. — Местные жители также помнят, что была такая немецкая укреппозиция в болотистых местах рек Кшень и Олым: основание — самоходка, а сверху подбитые танки Т-34. Разобрали и уничтожили ее уже после войны. Много металла тогда со дна рек подняли.

— Мне было семь-восемь лет, когда к нам в дом при­шли на постой немцы, — рассказывает жительница деревни Дробышево Валентина Бочарова. — В нашей семье жила бабушка, нас, детей, у мамы было четверо и было еще две тети с тремя ребятишками. Нас отвели в чулан, а маму немцы заставили натопить печь. Она с перепугу кидала и кидала дрова, чуть одеяло не загорелось, а у немца задымились тапки. Бабушку немец прогнал с печной лежанки, залез на ее место и уснул. Пока фашист спал, село тем временем перешло к нашим. Пришли в избу бойцы, заприметили немца. А потом куда-то отвели, и дальнейшая судьба его неизвестна.

Бывали и курьезные случаи. Немецкая связь тянулась по огородам. Местный житель Дмитрий Горбовский, который в ту пору был ребенком, катался на санках и оборвал веревку. Заметив провод в снегу, обрубил его топором и привязал к санкам. Немцы панику подняли, но связь быстро восстановили. Бабушку Мити за его поступок повели на расстрел. Старую женщину чудом отпустили.

А вот еще одна удивительная история, которую рассказала уроженка села Волово, специалист Центра развития добровольчества Елена Шумская:

— У моей бабушки Агриппины в первую оккупацию умерли дети. В 1942-м, когда немцы пришли в Волово во второй раз, она с сестрой и ее детьми ушла жить в землянку. Сестра умерла, а бабушка осталась с сиротами. Однажды увидела: немцы ведут двух девочек к колодцу. У одной на руках мальчонка в пеленках. Мать этих несчастных детей кормила новорожденного грудью, когда началась бомбежка. Младенца отбросило ударной волной в сторону, а его мать убило наповал. И вот этого ребенка немцы приказывают одной из сестер бросить в колодец. Бабушка вышла из землянки и забрала ребятишек. Иван — так звали малыша — до сих пор живет в Воронеже. А когда с войны пришел отец этих детей, Дмитрий Руднев, он женился на моей бабушке, и у них родилось еще четверо общих детей, в том числе и мой отец Николай.

На могиле танкиста Василия

К полудню 27 января 1943 года наши войска очистили Волово от фашистов. В прорыве участвовали в том числе и резервный лыжный батальон наступавшей дивизии, мотострелковые батальоны.

— При освобождении нашего района в ходе Воронежско-Касторненской операции полегло много красноармейцев, — рассказывает старший специалист отдела культуры, спорта, молодежной и демографической политики Наталья Шарикова. — В нашей местности установлено 48 памятников воинам-освободителям, 24 из них — на братских могилах, где захоронено более четырех тысяч воинов. Сейчас мы работаем со сведениями боевых частей о безвозвратных потерях обобщенного банка данных «Мемориал» и уже установили имена и фамилии более 200 солдат, погибших при освобождении Воловского района. К 9 Мая имена доблестных воинов займут свое место на мемориальных досках в разных сельских поселениях района.

На воловской земле, политой кровью, встречаются и одиночные захоронения. Мы проехали по заснеженной улице Береговой деревни Хитрово, той самой, по которой 72 года назад немцев гнали на юго-восток в сторону Касторного. И доехали до села Юрского, где буквально в 60 метрах от администрации сельского поселения среди четырех высоких тополей — скромный обелиск с красной звездой. Здесь покоится прах бойца Красной Армии Василия Сидорова, командира танка 129-й танковой бригады, рожденного в 1919 году и убитого снарядом в танке 27 января 1943 года при освобождении воловской земли от оккупантов.

— В селе была передовая. Когда завязался бой, танк Сидорова загорелся, и подбитую машину стало затягивать в ручей Юрской, — рассказала глава администрации местного сельского поселения Любовь Кошелева. — Когда бой стих, жители вышли собирать убитых и раненых. И, рискуя утонуть, достали тело обгоревшего 23-летнего танкиста. Похоронили Васю над ручьем, недалеко от места его гибели. А танк затянуло трясиной, и вытащили его со дна только через несколько лет. Наши жители относятся к Васе как к своему сыну. Несут ему на могилу астры и георгины. И эта традиция передается из поколения в поколение. Почти ежегодно в Воловском районе проводятся перезахоронения бойцов, но местные отстояли «своего сына». Так и осталась в память о войне потомкам эта могила, за которой ухаживают наши жители. Мне кажется, это лучший пример патриотического воспитания детей и молодежи.

Музейные  трофеи

В музее школы села Гатище сохранились саперные лопатки, гильзы от патронов и снарядов, немецкие каски, осколки снарядов, коробка от противогазов. В числе редких трофеев — гвозди, которые оккупанты вбивали в деревья, чтобы привязывать своих лошадей, вилка из хорошей стали, которой немецкие солдаты ели консервы.

Здесь же — стенд с фотографиями воинов, погибших при освобождении села Гатище и других населенных пунктов Воловского района. Ребята вели переписку с ветеранами 712-го стрелкового полка 132-й стрелковой дивизии, который стоял в селе в годы войны. Фронтовики присылали фотографии однополчан, погибших в боях за воловскую землю, которые бережно хранятся на стендах так же, как и весь материал об этой дивизии, включая газетные статьи. Из редких экспонатов — инженерная карта с грифом секретно, где обозначены передвижения немецких войск и наших подразделений.

За последние два года экспозиция музея пополнилась новыми экспонатами. В Гатище приезжали две сестры из Брянска — дочери младшего политрука Петра Григорьевича Юдина, погибшего 16 октября 1942 года в боях за высоту Огурец и захороненного в братской могиле в селе Гатище. Они привезли фотографию отца.

— Прошли десятилетия с окончания войны, но, глядя на эти простые лица героев, отстоявших воловскую землю, кажется, что это время было совсем недавно, — задумчиво говорит директор музея, учитель Гатищенской школы Лариса Толмачева.

Нина Вострикова.

Фото Владимира Ольгина.

 

Комментарии 0







Карта захоронений и обелисков
УЛИЦЫ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ

Улица имени Басинского

Спецпроект ЛипецкМедиа

Улица имени Бахаева

Спецпроект ЛипецкМедиа

Улица имени Барабанщикова

Спецпроект ЛипецкМедиа

Улица имени Знаменского

Спецпроект ЛипецкМедиа

Улица имени Полунина

Спецпроект ЛипецкМедиа

Улица имени Ковалёва

Спецпроект ЛипецкМедиа



Информационно-справочный портал СМИ Липецкой области "Липецкмедиа"
Учредитель: Областное бюджетное учреждение "Издательский дом "Липецкая газета"


Главный редактор: Тарасов Максим Вячеславович Обратная связь: red@lipetskmedia.ru
Все права на материалы и новости, опубликованные на сайте LipetskMedia.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ. Допускается цитирование материалов, с обязательной прямой гиперссылкой на страницу, с которой материал заимствован.

Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ №ФС 77-50671 от 24.07.2012. выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).

398055, Липецк, ул. Московская 83 +7(4742) 50-17-53, 50-17-65, 50-17-48

; Top.Mail.Ru