Липецк

Кочующее село из Липецкой области


Апрель 16, 2016 11:00 0

Романтические чувства может вызывать не только карта острова сокровищ, но и самая обычная, хотя и старинная карта мест, которые знакомы тебе с детства. И неожиданности, загадки, если повнимательнее всмотреться, там тоже не редкость, - сообщает "Липецкая газета". 

В этом мы с моим товарищем по увлечению краеведением Владимиром Николаевичем Волокитиным убедились, когда нам в руки попала карта-двухверстка генерального межевания Усманского уезда — без расшифровки условных обозначений, без указания года издания. Впрочем, судя по отсутствию на ней некоторых поселений, включая Чуевку и Добринку, она была выпущена в конце XVIII века. И чем больше мы ее изучали, тем больше вопросов себе задавали. К примеру, что это за светло-серое пятно рядом с рекой Плавуткой? Может, то самое озеро Бахтино, которое впоследствии стали называть просто Чистое? Оно послужило через несколько лет условной границей между Чуевкой и Добринкой.

Или еще: юго-восточнее неправильной формы круга, который, по нашим предположениям, мог быть этим озером, на правом берегу Плавутки топограф отметил сельцо Никольское. Но позвольте: Никольское, родовое имение замечательного литератора Сергея Терпигорева, чьи книги о русской деревне до сих пор читаешь с увлечением и пользой, должно находиться в трех-четырех километрах от реки. Третье недоумение: на карте две реки с названием Плота. Между тем по руслу одной из них течет другая речка — Чамлык.

Никольское — это Прогресс?

Очень хотелось во всем этом разобраться. Для начала мы сели на велосипеды и по осенней, пожухлой, но все еще высокой траве отправились в район добринских дач, где, если верить карте, было когда-то сельцо — Никольское, не Никольское, но сельцо. Только там никаких его следов не обнаружилось.

Призвали на помощь компьютер. Он выдал нам еще с десяток старых карт, в том числе составленную А.И. Менде карту межевания 1862 года. Там уже были и Чуевка, и Добринка, и опять же Никольское на речном берегу. Компьютерная программа наложила на карту Менде современную карту, и границы Никольского полностью совпали с поселком Прогресс — ныне это микрорайон Добринки. А сайт подтвердил: да, вот оно, то Никольское, хозяином которого был еще дед Сергея Терпигорева Николай Николаевич Терпигорев.

Между тем, повторюсь, на советских картах Никольское-Терпигоревка зафиксировано в трех километрах от Плавутки, по обе стороны железной дороги. Что же это за кочующее поселение?

Кстати, исходя из послереволюционных данных, именно на здании расположенной вблизи железнодорожной ветки начальной школы в 80-е годы минувшего века торжественно открыли мемориальную табличку. На ней сказано, что именно здесь родился в 1841 году и провел свое детство писатель Терпигорев. А получается-то, что табличку надо повесить где-нибудь в микрорайоне Прогресс? К слову, в книгах нашего земляка черным по белому говорится, что Плавутка несла свои воды прямо рядом с его родительским домом.

Не скрою: очень хотелось разрешить загадки карты XVIII века. А для этого предстояло попасть в Москву, в Российский государственный архив древних актов.

В Москву, в архив

По нынешним временам пенсионеру такое путешествие дороговато. Плацкартный билет в фирменном поезде стоит без малого две тысячи. Спасибо, есть хороший вариант: скоростной двухэтажный поезд «Воронеж — Москва». За билет я выложил всего 550 рублей. И добрался из Грязей в Москву в течение пяти часов.

...Пять часов работы в архиве промчались как пять минут. Я успел просмотреть только половину заказанных материалов. Ну что ж. Охота пуще неволи. Краеведческий азарт не позволял бросить экскурс в прошлое на полпути. Надо было задержаться в Москве-матушке еще на денек.

Поверьте: одно дело — читать об истории в книгах, и совсем другое — изучать ее по документам. Никакой тебе тенденциозности, готовых выводов и купюр. Вникай, думай сам. Заставь работать воображение.

Ожившая старина

Я знакомился с бумагами более чем двухвековой давности, и передо мной возникала картина: степь, местами заросшая кустарником и рощами. Много позже как раз здесь появятся Чуевка и Добринка. А пока в Тамбовскую казенную палату тянется очередь желающих перебраться в глухой уголок губернии, дабы получить там землю. Чиновники, правда, плохо представляют, где выделять участки. Берега реки Битюг давно заселены. А план расположения угодий не составлен, неизвестны границы владений, на которые имеются жалованные грамоты. Между тем расторопные люди с загребущими руками незаконно захватили весьма значительные участки. В общем, необходимо было проводить основательное межевание.

Как это делалось тогда? Угодья обмеряли, разбивали на так называемые дачи-массивы со строго очерченными границами. Им присваивались номера, а избыток земли становился резервом. Из него и отводились наделы переселенцам.

Главной фигурой в межевой команде, что объявилась в бассейнах Плавутки и Битюга, был прапорщик Бородин, вооруженный единственным инструментом для своей миссии — буссолем, то есть компасом с угломером. Бородин определял заданный для межи угол, затем его солдаты в соответствующем направлении двадцатисаженной цепью отмеряли на местности отрезок нужной длины. Потом все повторялось.

Труд утомительный. Команда огибала болота, другие препятствия. Сроки поджимали, люди выматывались и нередко слегка нарушали инструкции. Овраги рисовали на глазок. И не каждое болото усердно наносили на карту. Предпочитали просто скоренько помечать: вот здесь заболоченная территория. Видимо, так и возникали озадачившие нас странности старой карты. И две речки с одним названием. И неверно указанные овраги, и прочие недоумения. Но это не очень влияло на решение главной задачи — генерального межевания. Оно велось долго, но давало результат. У слишком жадных, не по чину нахватавших земли собственников излишки изымались и передавались другим. Наводить порядок было нелегко. Специальное межевание затянулось чуть ли не до середины следующего века.

Следы прошлого

Попытался я в архиве узнать и когда возникла Чуевка. В документах рубежа XVIII-XIX столетий она не упоминается. Однако наталкиваешься на название деревни Бахтина на берегу озера Бахтино (Чистое). Ее основали переселенцы из Козлова. А из более поздних материалов, например ревизских сказок, явствует: Бахтина (сперва ее писали именно так, с буквой «а» на конце) стала именоваться Чуево. И деревня эта существовала уже в 1797 году. Впрочем, из документов следует, что в 1815-м она состояла из одного двора. В ней проживали однодворцы Пушкарской слободы города Козлова — четверо мужчин и две женщины. Эти зажиточные крестьяне пахали и сеяли на земле, отрезанной от владений села Талицкий Чамлык. Для сравнения: в соседнем Никольском, принадлежавшем поручику Николаю Терпигореву, насчитывалось сорок дворов.

Что касается местоположения Никольского, то в том же 1815-м оно-таки обнаруживалось на правом берегу Плавутки. Мы с Волокитиным побывали на месте, где не так уж давно находилось Никольское. Различили даже контуры парковой аллеи. И перестали сомневаться в том, что свидетельства на сей счет старых карт и документов точнее, чем более поздние, послеоктябрьские.

Явственно были видны следы барского парка. Вероятно, здесь под тополями гулял с родителями маленький Сережа Терпигорев. Свернув от парка к Плавутке, мы оказались у прекрасно сохранившегося старинного здания манежа и конюшни. Впрочем, о наших маленьких открытиях, связанных с терпигоревским имением, я когда-нибудь расскажу отдельно — краеведам это будет любопытно.

Новости по теме Новости MediaMetrics